Играем на здоровье, или что такое детская психотерапия


К сожалению, не все дети дошкольного возраста могут понятно рассказать окружающим о своих проблемах и страхах. К счастью, почти все могут нарисовать их, построить из песка или поиграть в них. На этом и основываются современные методики детской психотерапии.

Именно о них сегодня рассказывает наш постоянный гость, психолог Александра Шарапова.

- Александра, в прошлом интервью мы говорили о принципах психотерапии для взрослых, о разных методиках и направлениях. Насколько я понимаю, детская психотерапия сильно отличается от взрослой, и связано это с определенными особенностями мышления и личности детей?

- Отличие между взрослыми и маленькими клиентами, конечно, есть, в первую очередь это уровень развития личности. В ребенке мы видим только становление Я, его психика гибка и пластична, тогда как взрослое Я обычно сформировано достаточно жестко и имеет продуманную и уравновешенную структуру. Кроме того, отличие состоит, действительно, в разном взгляде на мир, разном мышлении детей и взрослых. Психолог обязан говорить “на языке клиента”, поэтому методы детской психотерапии учитывают детское мышление, конкретное, образное, нелогичное и непредсказуемое. Работа с детьми почти всегда происходит в игровой предметной форме, поскольку детям непонятны абстрактные конструкты взрослых и сложные определения внутренних состояний, которые можно было бы обсуждать. Им проще выразить что-то в виде образов, чем словесно. Работают с тем, что выявляется опосредованно – в поведении, в игре.

С формальной точки зрения, очень важное отличие взрослой и детской психотерапии – в том, что маленьких клиентов обычно приводят родители со своим запросом (хотя у деток лет семи-восьми уже можно обсуждать некое подобие клиентского запроса, они уже в состоянии определять свои самые яркие проблемы). Мамы и папы же платят за занятия, оценивают результат и принимают решение о прекращении работы. Перечисленные явления в психотерапии взрослых недопустимы, поскольку ощутимо снижают мотивацию клиента на работу. Поэтому для проведения успешных психотерапевтических занятий с детьми психологу особенно нужно заручиться их интересом и доверием и максимально стараться поддерживать их, не теряя своего авторитета.

Сама же психотерапия, как у детей, так и у взрослых, служит одним целям, обобщенно – улучшение отношений с собой и миром, и для психолога исходит из одних предпосылок: уважение к другому и его внутреннему устройству, будь на его приеме ребенок или взрослый. Конечно, психолог не скатывается просто в игру ради игры, он держит позицию взрослого, является для ребенка сотрудничающим интерпретатором, готовым идти ЗА клиентом и поддерживать его или создавать для него тренировочные препятствия, если это необходимо.

- Вы упомянули, что в основе большинства детских психотерапевтических методик лежит игра. Как работают игровые методики в детской психотерапии, благодаря чему они эффективны?

- Как отмечают многие исследователи, игра для детей – не праздное времяпрепровождение, а способ выражения, определения себя и своего внутреннего мира во внешнем пространстве, способ обучаться, проживая модель взрослой жизни, поскольку в настоящую жизнь они пока не могут встроиться на равных, возможность выразить любые внутренние состояния, а также скорректировать их. Игра для ребенка – естественное состояние.

В детской психотерапии игра как метод возникла еще в начале XX века, когда основное направление психотерапии – психоанализ, созданный для достаточно образованных взрослых – было вынуждено подстроиться под восприятие детей. Эффективность этого приема очевидна, взаимодействие в привычной, естественной для ребенка среде без насильственного насаждения “умной и полезной” информации, атмосфера принятия и дружественных отношений, поддержка взрослого в нужной ситуации делают для ребенка игру с психологом привлекательной. Для многих детей, обделенных вниманием родителей, сама возможность играть перед взрослым, который готов его услышать и поддержать, уже терапевтична. А с точки зрения детского психолога, в игре мы получаем, во-первых, отличный диагностический инструмент, который лучше всех тестов покажет текущее эмоциональное состояние ребенка, уровень его развития, его проблемы и трудности, страхи, отношения между родителями и пр. Во-вторых, игра – модель мира, и в ней можно безопасно проигрывать страшные события, смотреть на ситуацию с разных позиций, позволять героям испытывать разные чувства. И, конечно, игра – место для проявления фантазий и скрытых сил личности.

Игровая психотерапия в ее традиционном, западном, понимании имеет много разных направлений, различающихся в позициях психолога, интерпретациях, предлагаемом ребенку материале, содержании сессий, правилах и границах дозволенного, поэтому их сложно обобщить (психоаналитический подход к игре совсем не такой, как поведенческий). Но если попытаться это сделать, то можно сказать, что игровые методики в кабинете психолога позволяют ребенку освободиться от внутренних запретов, высвободить через игру вытесняемые эмоции, переживания, тревоги и – главное – в развиваемых с психологом отношениях (опять же как и во взрослой психотерапии) сделать шаг в направлении личностной свободы, гармонизации внутреннего состояния, преодолеть ситуативные трудности, изменить взгляд на происходящее, научиться новому поведению (в зависимости от цели психотерапии).

Игра в кабинете психолога может быть абсолютно свободной и направляемой только ребенком или структурированной, имеющей конкретную задачу; она может быть индивидуальной, когда психолог лишь наблюдает и дает комментарии, а может быть совместной с психологом. Это зависит во многом от теоретических предпочтений психолога. Скажу немного об игре в одной из наиболее известных теорий игровой терапии, психоаналитической. Здесь роль психолога – интерпретатор, он только комментирует происходящее, “разжевывая” и “переводя” язык и символы игры на язык чувств, вскрывая суть проигрываемых противостояний, определяя трудности ребенка с психологической точки зрения понятными ему словами. Как ни странно, это приносит довольно хороший эффект и ведет к изменениям в ребенке, ведь интерпретируется не сам ребенок, а в основном игра, и можно легко выдержать, когда говорят, что герой твоей игры, например, чувствует себя очень одиноким. В этих взрослых интерпретациях есть определенная польза для личности ребенка: он перестает чувствовать тревогу за свое состояние, поскольку оно определено словами и объяснено психологом, ему позволено быть (ведь родители часто не разрешают испытывать определенные чувства, например, злость), но главное – сказанная вовремя верная интерпретация приводит к очень большим изменениям и улучшению. Другой подход, гуманистический, наоборот, приветствует, когда психолог поддерживает атмосферу доверия, способствующую росту и развитию ребенка, и игра – только посредник для создания отношений терапевта и ребенка. Наконец, некоторые подходы используют игру как инструмент научения и диагностики, когда в игре проявляются проблемы ребенка и создается специальная игра для их отработки.

- Скажите, а популярные ныне арт-терапия, песочная и сказкотерапия тоже относятся к игровым методикам?

- Нет, это отдельные направления. Они не являются специфически детскими и подходят для работы со взрослыми. В работе же с детьми они оказываются эффективными, поскольку используют образы и символы, вербальные и невербальные, предполагают много спонтанности и свободы, непосредственного самопроявления, творчества и фантазии. В двух словах, арт-терапия стремится к свободному самовыражению, высвобождению творческого начала в человеке и лечению через творчество. Использует огромное количество способов взаимодействия с материалом: разные виды лепки, рисование красками, мелками, просто “размалевывание” бумаги, создание поделок из различного материала и пр. В детском варианте в основном направлена на выражение в символической форме (через рисунок, например) подавляемых эмоций (в т.ч. негативных), получение нового опыта или видения ситуации через ее выражение в материале.

Песочная терапия – это не игра в песок в классическом ее понимании. Это особое направление психотерапии, с определенными правилами и техниками, интерпретациями. Организационно ее можно описать так: человек (ребенок или взрослый) строит в специальной песочнице картины (с использованием миниатюрных предметов, игрушек, природных материалов и пр.) либо свободной тематики, либо заданной, получает от психолога интерпретации и сам анализирует результат. Взрослые – проводят параллель со своей жизнью, от детей это требуется не всегда, чаще в результате песочной терапии они просто получают много эмоций, проговаривают в игре важные вещи, прорабатывают страхи, моделируя ситуации из своей жизни, и приобретают новые силы и уверенность. А с точки зрения психологии, в процессе постройки своей песочной картины клиент переживает различные эмоции, преодолевает препятствия, совершает открытия, приобретает новое видение ситуации, осознает свои скрытые мотивы или, например, внутренние препятствия. Опять же без присутствия психолога, направляющего ребенка, просто возня с песком может привести к отыгрыванию негативных эмоций, снятию внутреннего напряжения.

Сказкотерапия – совсем недавно появившееся направление, и дать точное определение ему сложно, поскольку пока мы наблюдаем много различных вариаций в применении сказок, как видно из названия, с целью психотерапии. Тем не менее можно охарактеризовать сказкотерапию как метод, ориентированный на внутреннюю, большей частью бессознательную работу; использующий метафоры, опыт поколений и коллективные бессознательные образы. Сказка может сочиняться клиентом, вместе с клиентом, для клиента, может разыгрываться или обсуждаться. Эффект здесь могут принести новые для клиента формы поведения, появляющиеся в сказке у героя, “списанного” с него; верно подобранная сказка или даже поворот в сказке может привести к большим переменам, особенно в ребенке, который легко идентифицируется и сживается с героями. Я считаю сказкотерапию в традиционном понимании довольно узконаправленным методом, но в своем формате она может быть очень эффективной, если прибавить некоторые умения психолога (скорее из гипнотических техник): умение взаимодействовать с проявлениями бессознательного клиента, знание его законов, индивидуальный подбор метафор, психологическую игру словами (это уже ближе к нейролингвистическому программированию). К сожалению, не все психотерапевты опираются на эти замечательные инструменты, позволяющие с помощью рассказывания историй помочь человеку провести громадную внутреннюю работу.

- Для каких случаев какие направления терапии предпочтительны?

- Это вопрос, который может решить в каждом случае только специалист-психолог. Любое направление детской (и взрослой) психотерапии эффективно в умелых руках, но подбор конкретных методик в каждом направлении сугубо индивидуален и опирается на тяжесть психологического состояния маленького клиента и уровень его развития, его способы взаимодействия с миром, интересующие его занятия. Для малоконтактных детей или имеющих психиатрические диагнозы чаще используются арт-терапевтические методы, песок; акцент ставится на умение взаимодействовать с материалом и психологом, возможности выразить свои эмоции в материале. Для детей с эмоциональными проблемами, тревожно-депрессивных очень важно не только выразить эмоции, но и научиться справляться с ними самостоятельно; соответственно, помимо интерпретаций и обсуждений здесь будет полезна работа с уверенностью, устойчивостью, проигрывание стрессовых ситуаций в безопасной обстановке с целью научиться новым способам реагирования. Дети, пришедшие с проблемами внимания или агрессивностью, вряд ли сразу усядутся за сочинение сказки, зато с радостью устроят войну в песочнице или разрисуют огромный лист в черном или красном цвете. Думаю, в идеале детский психолог должен уметь стопроцентно подстроиться к ребенку, почувствовать его, стать для него надежной и безопасной фигурой, а потом уже предлагать какое-либо взаимодействие. Все равно все начинается с разговора, и что потом будет делать психолог – станет интерпретировать игру ребенка с игрушками, предложит нарисовать семью или построить в песочнице свой мир – не так важно. Все методы психотерапии так или иначе упираются в личность психотерапевта, ведь любая психотерапия в своей основе – это не волшебство и не исцеление рисунками или предметами, а контакт и взаимодействие двух людей.

- А работают ли методы, о которых идет речь, с психосоматическими расстройствами у детей?

- Психосоматика – одна из часто встречающихся областей в работе психолога, вполне поддающаяся коррекции. Психосоматический симптом работает в теле человека, пока существует причина для его существования. Вывести наружу знание о причине или помочь человеку изменить отношение к ситуации, рождающей психосоматику, может любая методика, если она применена верно грамотным специалистом. Но в целом, обобщая и упрощая, выделяя все-таки основное предназначение каждого направления, можно сказать, что через аналитическую игровую терапию, песочную терапию и арт-терапию проще справиться с психосоматикой, чем через сказкотерапию, поскольку названные направления подразумевают большой пласт не-словесного и осязательного взаимодействия, а психосоматика неразрывно связана с телом.

- С какого возраста дети могут посещать сеансы психотерапии? Отличается ли как-то технология использования этих методик у детей разного возраста?

Любая детская полноценная психотерапия у нас в стране проводится после трех лет, но некоторые указывают на возможность занятий с более младшими детьми в присутствии матери. Это больше вариант работы, когда матери и ребенку (до трех лет в основном детей дисбалансируют нарушения только в ней) помогают настроиться друг на друга.

Конечно, все методики используются психологом исходя из возраста, развития и потребностей маленького клиента, сначала в игровых и арт-терапевтических методах применяются игра, выражение эмоций, невербальные сигналы и самые простые интерпретации. По мере роста самосознания ребенка интерпретации психолога и даваемые им задания становятся развернутыми, ребенка побуждают к разговорам о нем и его душевном состоянии, самостоятельному осознаванию своих реальных трудностей или – после проведенной коррекционной работы – нахождению реальных способов справиться с ними. Могут даваться домашние задания. Младшие школьники еще с удовольствием играют и самовыражаются, но, подрастая, становятся все менее спонтанными, отчасти из желания казаться взрослее, отчасти из прививаемых в школе мнений о своих низких способностях и “правильном способе рисования”. Подростки – в силу возрастных особенностей – обычно с неохотой принимают песочную терапию и традиционную сказкотерапию, но могут выразиться в арт-терапии; хотя с большей охотой они участвуют в работе с использованием разговорных или телесно-ориентированных техник.

 - Могут ли подобные методики применяться родителями самостоятельно, в домашних условиях? Или может ли эквивалентом арт-терапии быть посещение, к примеру, студии рисования?

- Все зависит от того, какие именно методики. Если родители захотят научить нерешительного подростка, например, настаивать на своем, они могут найти ассертивные техники (техники уверенного поведения) и рассказать о них ребенку, а также несколько раз потренировать его в их использовании. Некоторые простые техники, используемые в работе с детскими страхами (нарисовать страх, обезопасить себя от него, порвать на кусочки), могут успешно применяться дома. Посещение студий рисования, кружков по творчеству, конечно, если ребенку там комфортно, является полезным для ребенка, поскольку высвобождает творческие силы. Однако работа с психологом – это не “солянка” техник, которые тот вычитал в книжке и проводит всем по порядку. Это полноценное взаимодействие двух людей в безопасном пространстве, с интерпретациями и не всегда привычными для нас действиями, с выделением проблемной области, с постановкой гипотез, их проверкой, пробой новых вариантов поведения. На психологической консультации идет работа, так сказать, двух людей, но изменения происходят внутри личности клиента, с индивидуальным учетом актуальности проблем, особенностей внутреннего устройства и реагирования. Поэтому для системной, простроенной и эффективной работы, конечно, лучше обратиться к специалисту.

 - А интерпретацией результатов песочной, арт-терапии может заниматься человек без специального образования, например, родители или воспитатели?

- Нет, ни в коем случае! Общедоступность книг по песочной терапии со словарем символов и их значением в конце книги привела к тому, что сейчас во многих садиках проводятся такие занятия, да и у многих психологов, не занимающихся психотерапией, в кабинетах стоят песочницы. Конечно, песочная терапия в нашей стране – это развивающееся направление, сертификат по песочной терапии (для настоящей гарантии качества – сертификат зарубежный) есть не у всех, но психологическое образование у проводящего занятия с детьми в песочнице – это обязательный минимум! Потому что все методики психотерапии затрагивают глубокие бессознательные процессы как у взрослых, так и у детей. Есть большая вероятность, что неопытный человек просто не сможет настроить и запустить у клиента настоящей, глубинной работы; но случаи бывают разные. И может быть так, что человек самостоятельно погрузится очень глубоко, строя, к примеру, картину из песка, а неверное вмешательство здесь, как и в настоящей психотерапии, может помешать ему, испугать его и расстроить тонко-доверительные отношения с психологом и уж точно не приведет к успешным результатам. Причем, говоря о вмешательстве, я имею в виду не только неверные и не вовремя сказанные интерпретации, но и нарушение элементарных правил психотерапевтической сессии, потому что разговор или молчание двух человек на корточках у песочницы, полной игрушек, – это и есть самая настоящая психотерапия.

Тема следующего интервью – первая привязанность, ее роль в формировании личности ребенка и развитии его отношений с окружающими.

Также читайте:

КОММЕНТАРИИ
  • Добавить комментарий